Я хочу жить дома - Александр Конторович

– Со мной поедешь. Пан атаман приставил тебя ко мне сопровождающим.

Обрадованный такой новостью, бывший штрафник с довольным видом усаживается на сидение. Отъехав пару километров от блокпоста, притормаживаю и кидаю парню тряпку.

– Стекло протри: «дворники», видать, пулей покорежило, не включаются. А пылюка тут знатная.

Панас шустро кидается исполнять приказание. Быстро протирает стекло, заодно уж и зеркала, и распахивает дверцу в кабину.

Чуть слышно крякает «Ругер» в моей левой руке, и бывший штрафник, с лица которого еще не успела сползти глупая улыбка, мешком оседает в дорожную пыль. Остановился я очень удачно: в десятке метров от дороги начинается глубокий овраг. В этот овраг я и сбрасываю тело своего сопровождающего. Он, может быть, был неплохим человеком, но не в меру болтливым и чрезмерно общительным, как говорил атаман. Вполне возможно, что и не успевшим сотворить каких-то серьезных гадостей. Может быть… Но сейчас его длинный язык способен существенно укоротить шеи изрядного количества окружающих людей. Так что извини, парень, но тебе сегодня не повезло. Это был не твой день.

Подрулив на джипе к знакомому зданию беспредельщиков, через пару минут я уже сижу в кабинете их главного. Борис ничуть не удивлен моим визитом, дружелюбно кивает на стол.

– Чаю хочешь? Или чего покрепче будем?

– Всего хочу: и того, и другого, и третьего!

– А что третье? – вопросительно приподнимает бровь мой собеседник.

– Вот это, – и на стол перед ним опускается небольшой листок бумаги.

– Что это такое?

– А ты прочти.

«Код шесть. Аргус-2 просит контакта по указанным координатам. Срочно, вне всякой очередности». Ниже идет группа цифр.

– И как я должен это понимать? – вопрошающе смотрит на меня главный беспредельщик. – Ты, если не в курсе, так мы совсем другими делами занимаемся! С этим вопросом тебе к «связникам» топать надо. Это их бизнес, мы в чужие дела не лезем.

– Ну, ты ж ведь про меня справки навел?

– Ну.

– Я так полагаю, что от тебя особых секретов никто не делал. В целом знаешь ведь, какими делами я занимался раньше?

– Занимался. Именно что – раньше занимался.

– А кто тебе сказал, что я от них совсем отошел?

Некоторое время мой собеседник молчит, пристукивая по столу пальцем.

– Ну ты же неглупый человек. Должен понимать, что некоторые вещи за просто так не делают.

– Понимаю. Но это как раз тот случай, когда делают. И именно за просто так. Когда в доме пожар, ты же не будешь выяснять стоимость огнетушителя?

На этот раз Борис молчит чуть дольше, что-то прикидывает про себя.

– Хорошо. Будем считать, что ты меня убедил. Но к этому разговору, если не возражаешь, мы еще вернемся.

– Не возражаю. В любое время дня и ночи. А сейчас дай команду своим ребятишкам, чтоб разменяли мне чуток гривен: должна же у меня быть какая-то легенда, зачем я сюда приходил?

Выпрыгнув из джипа около атаманского штаба, бросаю ключи в руки подошедшему охраннику.

– Пусть ваши мастера его посмотрят: видать, когда прежних хозяев отсель вытряхали, кто-то куда-то засадил не подумавши. Дворники не работают, да и скрипит в машине что-то, того и гляди, сломается.

Охранник, не говоря ни слова, кивает, а я направляюсь к зданию. Видимо, личная гвардия Гуменюка уже получила соответствующие распоряжения, и меня провожают прямо к атаману. При этом никто не пробует меня обезоружить и вообще никак на этот счет не высказывается.

Пан атаман нынче не в духе, о чем свидетельствует явственный запашок крепкого виски, который я унюхиваю сразу же, как только переступаю порог его покоев. Виски, надо сказать, явно не из дешевых. Это хорошо распознается именно что по запаху. Вот до сих пор не могу понять, что хорошего находят люди в выпивке, имеющей подобный запашок! По мне – так лучше просто водки выпить. Сколько раз я ни пробовал продукцию шотландских горцев, но привыкнуть к ней так и не сумел. Ну, категорически не моя это вещь! Поэтому предложенную атаманом бутылку вискаря вежливо отклоняю.

– Мне бы коньяка лучше.

– В шкафу возьми.

Не чинюсь и, отыскав в шкафу требуемую бутылку, недрогнувшей рукой наливаю себе сразу полстакана.

Хлоп!

Хорошо пошло! Опускаюсь в кресло напротив Гуменюка.

– Ну?

– Связного жду.

– Чего их ждать-то? Сейчас крикну – и через десять минут притащат.

– Не, я не «связников» имею в виду. Должен доверенный человек на связь выйти.

– И когда он выйдет?

Развожу руками.

– Ну, я же не пророк… Должен выйти быстро. Обычно с такими делами народ не шутит.

– Ладно, – вздыхает Гуменюк, – черт с тобой, подождем. Ты же ведь тоже на тот свет раньше времени не собираешься.

Просидели мы с атаманом еще часа три. Разговор особо не клеился, пару раз мой собеседник даже задремывал. Да и мне особо некуда было спешить. Странное дело: вот сидишь и понимаешь, что тикающие часики неумолимо отсчитывают твои последние секунды. И может быть, уже прямо сейчас ложатся на боевой курс вертолеты с подвешенными блоками НУРСов. Вполне возможно, что и штурманы уже проложили курс на город, крестиком пометив здание, где мы сейчас сидим. Все может быть, и этот вариант – один из вполне вероятных.

Атаман уже совершенно явно захрапел, основательно перегрузившись спиртным. Не буду мешать человеку спать, тем более что у него тоже был не самый лучший денек. Осторожно поднимаюсь на ноги, прихватывая со стола начатую бутылку коньяка, прячу ее в разгрузку и выхожу в коридор. Успокоительно кивнув охраннику, жестом показываю ему, что его босс прилег подремать. Ничуть не удовлетворившись моей пантомимой, гвардеец заглядывает в дверь и, только услышав храп Гуменюка, в свою очередь кивает уже мне: мол, свободен, можешь топать, куда хочешь.

Сбежав по лестнице, толкаю дверь в предбанник.

– Не оборачивайтесь. Аргус-2?

– Он самый.

– Код подтверждения?

– Вильно-88.

Здесь главное – назвать любое сочетание слов, в котором подряд присутствуют три буквы «в». Это мой личный опознавательный код.

– Принято. Что вы хотели сообщить?

– Нужна срочная эвакуация груза. Груз представляет чрезвычайную опасность по наивысшей категории. Ситуация «красная», если вы понимаете, что я имею в виду.

– Передам. Что еще?

– Прикрытие должно быть организовано на самом серьезном уровне. Я не знаю всех подробностей происходящего, но здесь прослеживается чей-то крайне нездоровый интерес.

В мою ладонь тычется твердый предмет.

– Держите при себе и никогда не выключайте. С вами выйдут на связь в ближайшее время. Аккумулятор заряжен полностью, так что по этому поводу не переживайте.

– Понял.

Толкаю тяжелую дверь и, выйдя на улицу, обнаруживаю в руке стандартную армейскую портативную радиостанцию. Между прочим, штучка весьма неплохая, с блоком персонального закрытия канала. На лицевой панели замечаю цифру «4». Стало быть, четвертый канал. Что ж, значит, Борис меня не подвел, и с меня теперь причитается. Будем надеяться, что группа эвакуации успеет сюда раньше вертолетов штурмового авиакрыла.

И какие блеснут эмблемы на их бортах, оставалось только гадать.

Будет ли там российский триколор или же белые звезды НАТО? Или смерть прилетит под желто-голубыми флагами? Вполне может быть и так, что над степью сейчас идут ВВС Новороссии – с них, пожалуй, что и станется… эти давно уже прославились своей безбашенностью.

Впрочем, догад не бывает богат – так когда-то дед говаривал.

Хлопает дверь, и на крыльцо за моей спиной вываливается несколько бойцов Гуменюка. Вид воинственный, оружием обвешены чуть не по уши. Следом появляется ещё один персонаж – лицо новое и примечательное. Невысокого роста мужик, полный и малоподвижный. В заломленной набок шикарной папахе. Но морда суровая, и все окружающие смотрят на него с почтением.

И кто это такой может быть?

Второе лицо после батьки?

На атамана так вроде бы не косились… этого типа, похоже, побаиваются больше.

Оглядевшись, мужик властно машет рукой.

– Эй, ты! А ну – сюда быстро подошел!

Оглядываюсь и я – кого так нелюбезно окликает этот деятель?

А нет никого, кроме часовых. Да и стоят они рядом, нет нужды во всю глотку орать.

– Не ясно, что ли? Оглох?!

Так это он меня так окликает? Чай, не на разных берегах Днепра стоим.

– Это вы мне?

– А что, ещё на кого-то тут орать надобно? Все прочие ко мне и сами быром подбегают, только глянь! А ты – новенький, видать, не просек пока…

Ну, не станем дурака включать, подойдём. Тем паче что и спешить пока особо некуда.